24 февраля Верховный главнокомандующий Владимир Путин встретился с высшим офицерским составом Федеральной службы безопасности. Специальный корреспондент “Ъ” Андрей Колесников рассказывает, какие акценты были расставлены. И почему так жестко.
— Товарищи офицеры! — заявил Верховный главнокомандующий. — Уважаемые товарищи! Уважаемый Александр Васильевич (директор ФСБ Александр Бортников. — А. К.)!
Ничего странного, что вся речь Владимира Путина была так или иначе посвящена войне на Украине. Владимир Путин с самого начала не изменял себе (было бы странно иное) и повторял уже многократно повторенное про то, что «не удалось нанести стратегическое поражение России на поле боя, поэтому противник делает ставку на индивидуальный и массовый террор». (Впрочем, пока не началась СВО, о стратегическом поражении России на поле боя никто, в том числе на Украине, даже, возможно, и не думал или мы, как обычно, чего-то, а скорее всего, ничего не знаем. — А. К.) Здесь и обстрелы городов, и диверсии на инфраструктуре, и покушения на представителей государственных и военных властей...
Тут только хотелось воскликнуть: «Конечно, вот и на Савеловском вокзале...», как Верховный главнокомандующий произнес, с желанием, похоже, отвлекаясь от текста речи:
— Очередной пример: вчера на Савеловском вокзале, судя по всему... Это требует, конечно, дополнительной работы с вашей стороны, но уже сейчас ясно, что, судя по всему, такая обычная на сегодняшний день вербовка через интернет, скорее всего... Всучили человеку взрывное устройство, а потом дистанционно взорвали и его, и предполагаемый объект атаки, в данном случае сотрудников Министерства внутренних дел... Скорее всего... мы с Александром Васильевичем сейчас обсуждали... он и не знал-то ничего (не господин Бортников, а субъект атаки. — А. К.), это результат такого преступного, беспечного поведения (со стороны субъекта атаки. — А. К.).
То, что Владимир Путин решил так быстро и резко высказаться о случившемся на Савеловском вокзале (хотя в его правилах не спешить в таких случаях), говорило о том, что его крайне задела эта ситуация.
Верховный главнокомандующий добавил:
— Кстати говоря, противник не брезгует никакими другими средствами. Вот уже в СМИ пошло, наверное: их попытки — или намерения — использовать даже какой-то ядерный компонент! Понимают, наверное, чем это может закончиться.
Украина может тайно получить ядерное оружие: реакция РФ на планы Лондона и Парижа
Читать далее
Владимир Путин давал понять: он, конечно, знает, что это должно пойти в СМИ, командное то есть, надо полагать, его и было решение.
И не только насчет использования ядерного компонента:
— Сейчас наша оперативная информация идет тоже в СМИ, сегодня должна быть... Наверное, уже есть, не успел ничего посмотреть... (Нет, не было еще такой информации, тут Владимир Путин опередил всех. — А. К.) Речь идет о возможном взрыве наших газовых систем по дну Черного моря. Это так называемые «Турецкий поток» и «Голубой поток»... Никак успокоиться не могут! Не знают, что сделать, чтобы разрушить этот мирный процесс с попыткой урегулирования дипломатическими средствами (и оставлением Донбасса украинскими войсками. — А. К.)... Все делают для того, чтобы совершить какую-то провокацию и сломать все, что, так аккуратно скажем, достигнуто на этом переговорном треке. Но об этом еще в закрытом режиме поговорим...
Верховный главнокомандующий между тем не хотел возвращаться к тексту и продолжал от себя:
— Та ситуация, о которой только что упоминал: не получается нанести России стратегическое поражение, ну никак не получается, а так хочется! Жить без этого не могут — или полагают, что не могут! Обязательно нужно нанести поражение России! Ищут любой способ — любой, хоть что-нибудь! Сами себя доведут до какой-то крайней черты, потом пожалеют!
Он имел в виду, судя по всему, не только украинские власти и, скорее всего, не столько. Не к ним обращался, а к тем, кто к ним приехал в Киев через четыре года после начала войны (в Киеве в этот день были девять лидеров европейских государств).
— Ладно, — вздохнул Владимир Путин, — вернемся к текущей нашей работе. В прошлом году количество преступлений террористической направленности увеличилось. И большая часть из них, как и все последние годы, безусловно, дело рук украинских спецслужб и их зарубежных кураторов. При этом значительно возросло количество атак на российские инфраструктурные объекты, социальные и административные учреждения, жилые здания с использованием ракетных вооружений и беспилотных аппаратов разных типов.
Безусловно, эскалация неумолима.
— Для более оперативного и эффективного реагирования на подобные угрозы следует реализовать комплекс дополнительных мероприятий, в том числе усилить антитеррористическую защищенность энергетической и транспортной инфраструктуры, мест массового пребывания граждан, максимально прикрыть критически важные объекты, при необходимости оснастить их дополнительными средствами защиты, — это следовало расценивать не как пожелание, а как приказ.
Прозвучала еще одна рекомендация, и тоже, по всей видимости, ультимативная:
— Вместе с другими силовыми ведомствами ФСБ нужно повысить уровень защищенности должностных лиц Министерства обороны, оборонно-промышленного комплекса, представителей государственной и муниципальной власти, работников образования, социальной сферы, особенно в наших исторических и приграничных регионах. В полной мере это относится и к лидерам общественного мнения, журналистам, волонтерам, которым постоянно угрожает киевский режим.
Не обошлось без многозначительных намеков:
— Особого внимания требует защита конфиденциальной, закрытой, секретной информации, прежде всего военного и стратегического характера, в том числе о перспективных отечественных оборонных и гражданских разработках. Они у нас есть, и достижения есть уже заметные, понятные для всех, предъявленные уже. Но есть и другие разработки, которые находятся в стадии реализации...
Перед ФСБ стоят разноплановые (даже не очень понятно, как со всеми ними одинаково хорошо справиться в одно и то же время) задачи:
— Актуальной задачей Федеральной службы безопасности остается борьба с экстремизмом. За последние годы на этом направлении достигнуты весомые результаты. Надо и впредь жестко пресекать преступную деятельность тех, кто пропагандирует идеи русофобии, ксенофобии, религиозной нетерпимости и тем самым пытается расколоть наше общество.
Можно было сказать: «еще жестче». Но нет, видимо, так же жестко. Возможно, жестче уже и некуда. А с другой стороны, мы-то знаем, что всегда есть куда.
— Нам нужно беречь, развивать и защищать эти традиции (патриотизма. — А. К.), жестко реагировать на попытки подорвать, ослабить основы конституционного строя России, — добавил Владимир Путин. — Особое внимание в этой связи нужно уделить обеспечению комплексной безопасности предстоящих выборов в Государственную думу, в другие органы власти. Важно, чтобы они прошли в строгом соответствии с законом, отразили подлинную, суверенную волю народа России, чтобы было исключено любое внешнее вмешательство в предвыборную кампанию. Нейтрализовать подобные угрозы — задача в том числе и вашего ведомства, ФСБ.
Любые выборы сейчас — это испытание для всей системы, и очевидно, что власть начала готовиться к ним, и, видимо, не сегодня. И результаты будут не завтра.
— Очень рассчитываю на вас!.. — воскликнул Владимир Путин, заканчивая открытую часть встречи.
Больше ведь давно уже и не на кого.
А разве когда и было?
Андрей Колесников
Мнение авторов может не совпадать с мнением редакции.
Cообщество журналистов. Некоммерческая организация
ТГ-канал Главное Управление t.me/Fable_Terller
