Джаред Кушнер, зять президента Трампа, представлял Соединенные Штаты на важных переговорах, касающихся практически всех основных внешнеполитических вопросов второго срока Трампа, включая Иран, Украину и Газу.
Одновременно с этим Кушнер получил миллионы долларов в качестве гонораров от правительств стран Ближнего Востока, будучи основателем частной инвестиционной компании Affinity Partners. (Judd at Popular Information)
Как может быть законным, чтобы человек, представляющий Соединенные Штаты на внешнеполитических переговорах, получал зарплату от иностранных правительств? Это незаконно.
Статья о вознаграждениях иностранным государствам запрещает любому должностному лицу Соединенных Штатов принимать «любые подарки, вознаграждения, должности или титулы любого рода от любого короля, принца или иностранного государства». Вероятно, именно поэтому до возвращения Трампа в Белый дом Кушнер пообещал не участвовать в какой-либо «внешнеполитической работе» во второй администрации Трампа. «Я служил в правительстве, и я считаю, что мой послужной список безупречен», — сказал Кушнер Дэну Примаку из Axios в феврале 2024 года. «Теперь я частный инвестор».
Кушнер быстро нарушил это обещание. Он утверждает, что его действия законны, поскольку он вообще не работает на правительство. Администрация Трампа называет его «волонтёром» и заявляет, что юридические ограничения в отношении государственных чиновников на него не распространяются.
Этот аргумент не заслуживает доверия. Согласно Управлению юрисконсульта Министерства юстиции (OLC), статус человека не определяется однозначно наличием официального назначения. Скорее, любой, кто «совершенно очевидно выполняет государственные функции» и «работает под руководством или надзором президента», является государственным служащим. Кушнер явно соответствует этому стандарту. Кушнер также отказался подать стандартную финансовую декларацию, требуемую от высокопоставленных государственных служащих.
Решение Кушнера игнорировать требования законодательства и оставаться на службе у иностранных правительств является одним из самых вопиющих конфликтов интересов и коррупционных скандалов в американской истории.
Демократы в Палате представителей и Сенате неоднократно просили Кушнера явиться под присягой и дать показания о своем поведении. Но, не имея большинства ни в одном комитете, они фактически были бессильны это сделать. Например, в письме от 16 марта демократы из Комитета по иностранным делам Палаты представителей просили Трампа поручить «Джареду Кушнеру явиться в Комитет по иностранным делам Палаты представителей на публичные слушания при первой же возможности». Трамп просто проигнорировал эту просьбу.
Теперь баланс сил в Вашингтоне изменился.
В 2027 году демократы получат контроль над Палатой представителей и Сенатом, что даст им право вызывать свидетелей повестками. Это предоставит им ряд возможностей для привлечения Кушнера к ответственности.
Вызвать Джареда Кушнера в суд
После присяги нового Конгресса демократы будут иметь большинство во всех комитетах Палаты представителей и Сената. Это даст демократам возможность выдать повестку в суд, обязывающую Кушнера дать показания под присягой.
Кушнер, вероятно, попытается оспорить такую повестку, но, как ни парадоксально, его утверждение о том, что он всего лишь неофициальный «доброволец», затруднит ему победу. Президента нельзя обязать давать показания перед Конгрессом. В результате Министерство юстиции (DOJ) заявляет, что «ближайшие советники» президента также обладают иммунитетом от дачи показаний.
Однако «непосредственный советник», по определению Министерства юстиции, — это «альтер эго президента, оказывающий ему ежедневную помощь в разработке исполнительной политики и решении вопросов, касающихся вооруженных сил, внешней политики, национальной безопасности и других аспектов исполнения им своих конституционных обязанностей». Иными словами, это не просто государственный чиновник, а один из самых важных должностных лиц во всей системе государственного управления.
Администрация последние два года утверждала, что Кушнер — полная противоположность этому: доброволец, не занимающий никакой официальной государственной должности. Невозможно одновременно утверждать, что Кушнер является настолько важной частью правительства, что его нельзя принудить к даче показаний, и в то же время вообще не является частью правительства. (Хотя Кушнер не соответствует критериям Министерства юстиции, два федеральных суда отклонили эти критерии как чрезмерно широкие, заявив, что «президенты — не короли».)
Даже если суды каким-то образом признают Кушнера «непосредственным советником», в целом не имеющим права давать показания, такой иммунитет не распространяется на «расследование, связанное с его личными делами». Работа Кушнера в Affinity по определению является частным делом.
Если Конгрессу удастся заставить Кушнера выполнить повестку, его могут попросить подробно рассказать обо всех контактах с иностранными должностными лицами, касающихся инвестиций в Affinity. Также от него следует потребовать раскрыть любые разговоры о внешней политике США, которые он вел с этими же иностранными должностными лицами или их коллегами в других иностранных правительствах. Отсутствие прозрачности делает невозможным определить, когда Кушнер представляет интересы Соединенных Штатов, а когда продвигает свои собственные финансовые интересы.
Помимо его личных показаний, Конгресс может потребовать все физические и электронные записи этой переписки, включая его сообщения в WhatsApp с наследным принцем Саудовской Аравии Мухаммедом бин Салманом.
Кушнера также можно было бы спросить о его контактах с иностранными лидерами за пределами Ближнего Востока. Например, планы Кушнера по строительству роскошного курорта на экологически уязвимой территории в Албании спровоцировали многомесячные протесты с требованием отставки премьер-министра страны. Кушнера можно было бы спросить о его контактах с албанским правительством и о том, были ли эти контакты установлены в рамках его работы в качестве советника Трампа по внешней политике или в качестве управляющего частным инвестиционным фондом Affinity.
Конечно, повестки в суд имеют значение только в том случае, если их можно привести в исполнение. Практически нет шансов, что Министерство юстиции предъявит Кушнеру обвинение в неуважении к суду. Но, согласно закону, Сенат может инициировать судебный процесс для обеспечения исполнения повестки. Это право не распространяется на «должностное лицо или сотрудника исполнительной ветви федерального правительства, действующего в рамках своих служебных обязанностей», но Кушнер настаивает, что эта классификация к нему не относится.
Вызов в суд компании Affinity и деловых партнеров Кушнера
Конгресс также имеет право вызвать в суд частную компанию Affinity. Даже если запрос на вызов Кушнера будет отклонен судом, Конгресс все равно сможет получить подробную информацию от самой компании. Хотя Affinity также может оспорить запрос в суде, у фирмы будут еще более слабые основания для иска, чем у Кушнера.
До настоящего момента компания Affinity игнорировала многочисленные запросы демократов о предоставлении информации о своей деятельности.
В частности, Конгресс может направить Affinity повестку в суд и потребовать подробную информацию о привлеченных компанией средствах, включая сумму выплат. Конгресс может запросить информацию о том, кто именно платит Affinity, каковы условия сделок, когда проводилось привлечение средств и когда инвесторы могут вывести свои средства.
Конгресс также может запросить у Affinity информацию о том, привлекал ли Кушнер средства для компании после вступления Трампа в должность. В марте New York Times сообщила , что Кушнер пытался привлечь для фирмы «5 миллиардов долларов или больше», что противоречило более ранним заявлениям Кушнера о том, что он не будет привлекать средства во время президентства Трампа. Представители Affinity, как сообщается, встречались с Государственным инвестиционным фондом Саудовской Аравии (PIF) и, как ожидается, запросят дополнительное финансирование у суверенных фондов Объединенных Арабских Эмиратов и Катара.
Как сообщается, Кушнер «обсуждал свои планы по привлечению миллиардов долларов новых инвестиций для Affinity на частных встречах с международными бизнес-лидерами» во время пребывания в Давосе, Швейцария, «в составе официальной делегации США на Всемирном экономическом форуме». Главный юрисконсульт Affinity позже заявил газете Times, что компания провела «предварительные переговоры» о привлечении средств, но «не намерена привлекать дополнительный капитал, пока Джаред работает на правительство».
Конгресс может запросить у компании Affinity подробную информацию о том, кто именно нуждался в дополнительном финансировании и на каких условиях. Конгресс также может запросить информацию о том, какие официальные процедуры, если таковые имелись, были предприняты для разделения усилий по сбору средств и роли Кушнера в сфере внешней политики.
Конгресс также мог бы вызвать в суд компании, участвующие в Affinity, и задать им те же вопросы. Согласно документам, поданным в Комиссию по ценным бумагам и биржам (SEC) в марте, администратором Affinity является SEI Investments Company; ее аудитором — Ernst & Young; а Bank of America, First Horizon и израильский банк Mizrahi Tefahot являются ее депозитариями. Эти компании имеют более широкие интересы, чем Кушнер и администрация Трампа, и поэтому могут быть более склонны предоставлять информацию.
Контрагенты Affinity также могут быть вызваны в суд для предоставления информации. Например, в августе консорциум, в который входили Affinity и PIF, завершил приобретение компании по разработке видеоигр Electronic Arts. В сделке также участвовала частная инвестиционная компания Silver Lake, которую также могут вызвать в суд.
Начиная с 2025 года демократы отправляли письма с требованием предоставить информацию в никуда, а Кушнер продолжал действовать безнаказанно. Этим временам пора положить конец.
Джадд Легум и Ребекка Кросби
5 ноября
(в пересказе)
Мнение авторов может не совпадать с мнением редакции.
Cообщество журналистов. Non profit
