На этой неделе Джаред Кушнер внезапно отменил свои планы по строительству башни Трампа в Белграде после того, как проект оказался замешан в криминальном коррупционном скандале с участием сербских правительственных чиновников. (Popular Information)
Кушнер, зять президента Трампа, возобновил свою работу в качестве одного из главных советников Трампа по внешней политике, представляя администрацию Трампа на важных переговорах по Газе и Украине. Но Кушнер также продолжает руководить своей частной инвестиционной компанией Affinity Partners.
В 2024 году, располагая миллиардами долларов от Саудовской Аравии и других иностранных правительств, Кушнер заключил сделку с сербским правительством о переоборудовании бывшего штаба югославской армии в Белграде в роскошный отель и жилые апартаменты. Здание было повреждено НАТО в 1999 году во время воздушных бомбардировок.
Сделка включала в себя чрезвычайно выгодные для Кушнера условия. Правительство Сербии согласилось предоставить компании Affinity Partners 99-летнюю аренду недвижимости, расположенной в престижном районе в центре Белграда, безвозмездно . Кушнер также имел возможность безвозмездно преобразовать аренду в полную собственность. В этом случае Affinity Partners получала бы 78% прибыли от проекта стоимостью 500 миллионов долларов, а правительство Сербии — 22%.
В январе 2025 года, незадолго до второй инаугурации Трампа, Кушнер заключил сделку с организацией Trump Organization о присвоении проекту названия Trump Tower. Это соглашение означало, что Трамп получит прямую прибыль от успешной реализации проекта.
Была одна большая проблема: согласно сербскому законодательству, эта территория была объявлена объектом культурного наследия, находящимся под охраной. Ее нельзя было застраивать, пока сербское правительство не изменит ее статус.
Соглашение, заключенное между администрацией президента Сербии Александра Вучича и Кушнером, обязывало сербское правительство «снять с комплекса статус объекта культурного наследия и завершить работы по сносу существующих зданий» к маю 2026 года. В противном случае компания Affinity Partners получит от сербского правительства многомиллионные штрафные выплаты.
Помимо экономических санкций, сербское правительство стремилось к продолжению проекта, одновременно добиваясь улучшения отношений с администрацией Трампа. Американские санкции фактически закрыли NIS, «единственного сербского импортера и переработчика нефти», контрольный пакет акций которого принадлежит России. Газета New York Times сообщила, что Вучич «весь год искал помощи [Трампа] по экономическим вопросам».
Однако по утверждению сербских прокуроров по делам организованной преступности, уполномоченные органы, имеющие право снять статус охраняемого объекта, отказались это сделать. Сербские чиновники, как утверждают прокуроры, затем подделали документы, в которых утверждалось, что объект больше не находится под культурной защитой.
Обвинение впервые стало достоянием общественности в мае 2025 года, когда прокуратура объявила об «аресте Горана Васича, исполняющего обязанности директора Республиканского института охраны культурных памятников, и заявила, что он признался в фальсификации экспертного заключения». Вучич не смутился. Он заявил, что никаких подделок не было, и поклялся, что проект Кушнера будет продолжен.
В ноябре, пытаясь обойти проблему подделок, сербский парламент принял экстренный закон об отмене статуса объекта культурного наследия и разрешении на продолжение проекта строительства башни Трампа. Принятие этого закона вызвало волну молодежных протестов. Тысячи людей «символически образовали живой щит… вокруг разрушенного бомбардировками военного комплекса, поклявшись защитить его от повторной застройки».
Тем не менее проект Trump Tower продолжался до понедельника, когда прокуратура предъявила уголовные обвинения Николе Селаковичу, одному из ближайших политических союзников Вучича, и трем другим должностным лицам. Селакович и остальные были обвинены в «фальсификации официального документа» и других преступлениях.
Спустя несколько часов после объявления обвинений компания Affinity Partners опубликовала заявление о выходе из проекта. «Поскольку значимые проекты должны объединять, а не разделять, и из уважения к народу Сербии и городу Белграду, мы отзываем нашу заявку и временно отходим от участия», — говорится в заявлении компании.
Срыв сделки — это наглядный пример того, как двойная роль Кушнера — международного инвестора и главного советника Трампа по внешней политике — оказывает огромное давление на иностранные правительства. В Сербии, по данным прокуратуры, давление с целью добиться для Кушнера желаемого было настолько велико, что высокопоставленные правительственные чиновники были готовы нарушить закон.
Для реализации проекта элитного строительства Кушнера в Албании потребовалось принятие нового закона.
В Албании компания Affinity Partners, принадлежащая Кушнеру, строит ультра-роскошный курорт на острове Сазан, который находится в государственной собственности Албании. Однако остров Сазан является частью Национального морского парка Карабурун-Сазан. На нем обитает находящийся под угрозой исчезновения вид тюленей, он служит ключевым местом кормления для черепах и содержит болотистые местности, важные для здоровья Средиземного моря.
В 2010 году албанский закон запретил застройку острова Сазан из-за его роли в сохранении морской жизни и содействии биоразнообразию. В настоящее время остров полностью необитаем и не имеет доступа к пресной воде. Для строительства роскошного курорта, вероятно, потребуется возведение опреснительной установки и канализационной системы.
В 2024 году, вскоре после того, как стало известно об интересе Кушнера к развитию острова, албанский парламент принял закон, создающий исключение из охраняемого статуса острова Сазан для «стратегических инвестиций». Впоследствии албанское правительство предоставило компании Affinity Partners статус «стратегического инвестора», что позволило Кушнеру воспользоваться преимуществами нового закона.
Албанская неправительственная организация «Защита и сохранение природной среды» утверждает, что новый закон нарушает Конституцию Албании, игнорируя международное право. Европейский союз (ЕС) раскритиковал этот закон, назвав его «негативным событием». ЕС считает, что пересмотренный закон может нарушать Бернскую конвенцию, международный договор об охране дикой природы. Этот вопрос может осложнить усилия Албании по вступлению в ЕС.
Что произойдет, если отправить Кушнеру миллиарды долларов?
Помимо международного скандала, обрушение башни Трампа в Белграде также подчеркивает неопытность Кушнера как управляющего частным инвестиционным фондом и бизнесмена. Его предыдущий опыт работы в бизнесе был связан с тем, что он едва не обанкротил семейную компанию по недвижимости. Кушнер убеждал инвесторов, что его опыт работы в правительстве позволяет ему эффективно управлять геополитическими рисками.
Однако в Сербии Кушнер заморозил 500 миллионов долларов на несколько лет в проекте, который никогда не принесет прибыли. За это время Саудовская Аравия и другие суверенные фонды заплатили Кушнеру десятки миллионов долларов в качестве комиссионных за хранение своих средств. Упущенная выгода – это огромные потери.
Именно поэтому инвестиционный комитет суверенного фонда Саудовской Аравии (PIF) выступил против инвестирования в фонд Кушнера в 2021 году. Вот краткое изложение их возражений, основанное на внутренних документах, опубликованное в New York Times:
[В] числе были высказаны следующие возражения: «неопытность руководства Фонда взаимопомощи»; возможность того, что королевство будет нести ответственность за «основную часть инвестиций и рисков»; проверка деятельности молодой фирмы, которая показала ее «неудовлетворительную во всех аспектах»; предлагаемая плата за управление активами, которая «кажется чрезмерной»; и «риски для связей с общественностью», связанные с предыдущей должностью г-на Кушнера в качестве старшего советника его тестя, бывшего президента Дональда Дж. Трампа…
В конечном итоге эти возражения были отклонены наследным принцем Саудовской Аравии Мухаммедом бин Салманом, и PIF инвестировал 2 миллиарда долларов в Кушнера. Эта инвестиция кажется неоправданной с экономической точки зрения. Но, если рассматривать её как цену покупки влияния в администрации Трампа, это всё ещё выгодная сделка.
Джадд Легум
Мнение авторов может не совпадать с мнением редакции.
Cообщество журналистов. Non profit
